Попытка перемирия в Ливии — что это значит для Беларуси?

Официальный Минск имеет больше контактов с правительством Хафтара. Но рассчитывать на восстановление полноценного сотрудничества с Ливией не приходится.

11 января 2020 года два основных внутренних субъекта войны в Ливии — базирующееся в Триполи Правительство национального согласия Ливии под руководством Фаиза Сараджа и Ливийская национальная армия под командованием Халифы Хафтара – объявили о начале полного прекращения огня.

Графика: Белсат

 

 

 

 

 

 

Это соглашение было заключено под нажимом Турции и России, которые в ливийском конфликте поддерживают разные стороны. Анкара солидаризировалась с признанным международным сообществом правительством Сараджа, в то время как Кремль де-факто признает Хафтара. Перемирие было заключено на фоне обострения ливийского кризиса в связи с захватом войсками Хафтара города Сирт и решением Турции отправить свой воинский контингент в поддержку Сараджа.

Ливийский вопрос стал одной из тем для обсуждения и в ходе встречи российского президента Владимира Путина с канцлером Германии Ангелой Меркель 11 января.

Во вторник 14 января Хафтар отказался подписать соглашение о перемирии, заявив о необходимости консультаций. Несмотря на то, что отношения Беларуси с Ливией находятся на невысоком уровне после падения режима Муаммара Каддафи, в Минске продолжает действовать Посольство Государства Ливия, лояльное Хафтару.

Комментарий

  • ► Очевидно, что ни Хафтар, ни Сарадж, ни другие силы, действующие в Ливии, не в состоянии установить контроль над всей территории страны в кратко- или среднесрочной перспективе. Активизирующееся участие внешних сил, прежде всего, Турции, России, Франции, Италии, ОАЭ и др., поддерживающих разные противоборствующие стороны, гарантирует сохранение разделенного статуса Ливии и отсутствие единого правительства. В этих условиях сотрудничество с той или иной стороной конфликта определяется интересами и возможностями той или иной страны.

  • ► Ливийский конфликт стал еще одним «окном» возможностей для Кремля усилить свое влияние на Ближнем Востоке, укрепить свою роль в региональной политике. Российской дипломатии удается относительно успешно маневрировать между различными ближневосточными государствами, обеспечивая реализацию своих интересов. Войска Хафтара контролируют крупнейшие нефтяные месторождения Ливии. После провала 2015 и 2016 гг. Ливия (когда импорт из Ливии в ЕС опустился до 7,528 и 4,876 млрд. евро соответственно) в 2017 и 2018 гг. ливийский импорт в ЕС значительно вырос: в 2018 году он составил 16,786 млрд. евро. Но это все равно значительно ниже максимального значения в 35.327 млрд евро в 2008 году. Можно с определенной долей осторожности утверждать о, как минимум, возможности Москвы влиять на импорт нефти и природного газа из Ливии в ЕС, что укрепляет российские позиции на мировом энергетическом рынке.

  • ► Для Беларуси патовая ситуация в Ливии означает, что, как и другим государствам, руководству страны придется выбирать, с каким правительством поддерживать отношения. В настоящее время официальный Минск имеет больше контактов с правительством Хафтара, хотя и всячески уклоняется от каких-либо официальных заявлений по этому поводу. Беларуси, пусть и с большими трудностями, удалось минимизировать негативные последствия от активного сотрудничества с Каддафи после его свержения. Даже на пике гражданской войны и нестабильности в Ливии в 2011-2013 гг. Беларусь продолжала активно поддерживать контакты с частью ливийской элиты. Сохранение этих связей, в частности, способствовало (пусть и при активном посредничестве Рамзана Кадырова) успешному завершению в начале 2018 года многолетней истории с освобождением удерживаемых в Ливии белорусских граждан. Рассчитывать же на восстановление полноценного сотрудничества с Ливией, естественно, не приходится.

Проект реализуется совместно с Наше Мнение