Шматина: Отношения Беларуси и Евросоюза достигли своеобразного потолка

На вопросы «Yenicag.Ru — Новая Эпоха» отвечает ведущий аналитик Белорусского института стратегических исследований (BISS) Катерина Шматина:

— Как вы оцениваете последний визит Лукашенко в Австрию? Какие результаты переговоров в Вене?

— Визит в Австрию примечателен преимущественно тем, что это первая поездка главы белорусского государства в Евросоюз за несколько лет. Ранее, Александр Лукашенко отказывался от посещения саммитов Восточного партнерства, участия в Мюнхенской конференции по безопасности, не принял и приглашения польской стороны на мероприятия памяти Второй мировой войны. Выбор же Австрии в качестве официального визита — это “безопасная” опция: Австрия активно выступала за снятие санкций ЕС с Беларуси в 2015-2016 гг., не предъявляя критики по вопросам нарушения прав человека, кроме того, Себастьян Курц — один из немногих европейских политиков, который лично посетил Минск, дважды встретившись с Александром Лукашенко.

Катерина Шматина

Основа белорусско-австрийской дружбы — прагматизм: Австрия является одним из крупнейших инвесторов в Беларуси, есть совместные предприятия, Австрия играет важную роль в модернизации ряда отраслей белорусской экономики. И поддержание хороших двусторонних связей обеспечивает надежность такого сотрудничества.

В государственных медиа поездка белорусского президента в Австрию получила широкое освещение, в частности, по словам Елены Купчиной, главы белорусской дипмиссии в Вене, встреча была названа “исторической”. В реальности же этот визит не принес особого прорыва, и едва ли ставил перед собой такие цели. Лукашенко встретился со своим австрийским коллегой Александром Ван дер Белленом, посетил экономический форум, где обратился к австрийскому деловому сообществу, подчеркивая возможности для ведения бизнеса в Беларуси. В итоге были подписаны меморандумы о потенциальном сотрудничестве, но не какие-то конкретные проекты.

Один из вопросов, затронутых во время визита, — перспективы развития Восточного партнерства. Вероятно, белорусская сторона рассчитывает, что Австрия поможет продвинуть в евроинститутах идею развития экономических связей между Беларусью и ЕС, в том прагматическом формате, на котором настаивает Минск — то есть без политических реформ и закрывая глаза на несоблюдение Беларусью демократических стандартов. Насколько такой “лоббизм” окажется результативен, покажет время — в 2020 году Еврокомиссия представит новые приоритеты программы Восточного партнерства. Однако едва ли голос Австрии будет решающим при определении общей стратегии ЕС в отношении Беларуси.

Примечательно, что если официально австрийская сторона воздерживалась от обсуждения нарушений прав человека в Беларуси, то во время пресс-конференции австрийские журналисты все же затронули эту “неудобную” тему, и Лукашенко пришлось отвечать на вопросы о демократии, правах человека, и применении смертной казни в Беларуси.

— Перед уходом с поста главы Евросовета Дональд Туск назвал Россию «стратегической проблемой» для всей Европы. Активизацию переговоров с Минском можно расценивать как попыткой ЕС «отколоть» Беларусь от России?

— Активизации переговоров с Минском как таковой нет. Наоборот, отношения Беларуси и Евросоюза достигли своеобразного потолка: переговоры по Приоритетам партнерства блокированы Литвой в связи со строительством АЭС в Островце, которая располагается в 50 км от Вильнюса. Литовская сторона видит в этом проекте угрозу своей безопасности, в том числе потому, что АЭС строится на условиях российского экспортного кредита, и рассматривается Литвой как геополитический проект России на границе с ЕС. Кроме того, Беларусь — единственная страна Восточного партнерства, которая не имеет базового соглашения с ЕС, и двусторонние отношения регулируются в рамках договора 1989 года.

В то же время диалог Беларуси и ЕС протекает в русле нормализации с 2016 года, когда после украинского кризиса приоритетом ЕС в восточном направлении стала стабильность в регионе, и на фоне мирного проведения президентских выборов в Беларуси 2015 г. Брюссель посчитал возможным снять с Беларуси большую часть санкций, наложенных ранее в связи с нарушениями демократических стандартов, подавления политической оппозиции и гражданского общества. С 2016 г. Минск и Брюссель медленно, но последовательно выстраивают нормализацию диалога, и ищут точки соприкосновения. Так что сказать, что Евросоюз сейчас каким-то особенным образом активизировал отношения с Беларусью, нельзя.

Другой вопрос, что в связи с нарастающим давлением со стороны России в адрес Беларуси — а именно в связи с инициативой Москвы по углубленной интеграции в рамках Союзного государства, — Беларусь ищет пути диверсификации своей внешней политики, и не только в Евросоюзе. Одним из шагов в этом направлении можно рассматривать активизацию отношений с США и договоренность о возвращении американского посла в Беларусь после 11-летнего перерыва.

— Отвечая на критику со стороны европейских журналистов о том, что в Беларуси — диктатура, а Лукашенко подтвердил, что он является авторитарным лидером и это только в пользу белорусского народа. Что можете сказать по этому поводу? Белорусский народ действительно доволен политическим режимом, который правит страной с советских времен?

— Сначала небольшая поправка: Александр Лукашенко пришел к власти в 1994 году. Подпись под Беловежским соглашением от Беларуси ставил Станислав Шушкевич, председатель Верховного совета, и он же осуществлял руководство страной до президентских выборов 1994 года. О том, чего именно хочет белорусский народ, говорить сложно хотя бы потому, что в стране ограничено проведение полноценных социологических исследований социально-политической тематики.

В то же время, политическая оппозиция и гражданское общество находятся в стесненных условиях, а уличная протестная активность мгновенно разгоняется. Президентские выборы 2006 и 2010 гг. сопровождались многотысячными протестами против результатов выборов — и последующими массовыми арестами протестующих.

О сегодняшних настроениях избирателей может свидетельствовать опыт парламентской кампании 2019: в ходе сбора подписей и проведения пикетов кандидаты в депутаты отмечали нарастающую агрессию населения в адрес власти, в том числе среди пенсионеров — традиционно лояльной к Лукашенко части электората; в сочетании с апатией избирателей и неверием в честный подсчет голосов. Собственно, итоги парламентской кампании довольно показательные: в Палату представителей не вошло ни единого альтернативного, не провластного кандидата, а ряду оппозиционных кандидатов, включая двух действущих депутаток парламента, было отказано в регистрации.

Сам процесс проведения выборов также оставил желать лучшего: по оценкам миссии БДИПЧ ОБСЕ, выборы не соответствовали международным стадартам, включая преимущественно провластный состав выдвиженцев избирательных комиссий и наблюдателей, непрозрачность при подсчете голосов, нарушения процедур при досрочном голосовании.

В 2020 году в Беларуси пройдут президентские выборы, в которых будет участвовать и Александр Лукашенко. Исход предстоящих выборов предсказуем уже сейчас: действующий глава государства с большой долей вероятности останется на 6й срок. Однако остается вопрос, насколько мирно пройдет избирательная кампания — будет ли оказываться давление на кандидатов и политических активистов, независимые медиа и гражданское общество.

— На данный момент белорусские предприятия свою продукцию сбывают в основном на российском рынке и на рынке других стран СНГ. Если ЕС предложит Лукашенко более экономически выгодный вариант, то он сможет изменить рыночное ориентирование? Если да, то как на это отреагирует Москва?

— Сценарий того, что ЕС в обозримой перспективе откроет рынок для белорусской продукции, маловероятен. Отношения Беларуси с ЕС находятся гораздо в менее выгодной позиции, чем, скажем, ЕС с Украиной или Грузией, которые имеют DCFTA и зону свободной торговли. Напомню, что между Беларусью и ЕС нет даже базового соглашения и отношения регулируются договором 1989 года. И политической воли со стороны Евросоюза предложить экономическое сближение с Беларусью в данный момент нет.

— В связи с санкциями Запада покупательная способность России с каждым годом падает, что естественно приведет к сужению рынка сбыта и такие крупные страны-поставщики товаров на российский рынок, как Беларусь, могут понести большие убытки. У белорусского правительства есть кризисная стратегия, запасной вариант «на всякий случай”?

— Снижение зависимости белорусского экспорта от российского рынка важна еще и в контексте периодических торговых войн, в ходе которых Россельхознадзор вводит ограничения на поставку белорусской молочной и мясной продукции. Что касается стратегии правительства, в Беларуси действует национальная программа развития экспорта, цель которой к 2030 году достичь сбалансированных показателей между рынками ЕАЭС, ЕС и странами “дальней дуги”, в равных долях. Одним из примеров реализации этой стратегии можно привезти наращивание сотрудничества с Китаем, включая экспорт пищевой продукции — молочных и мясных продуктов.

Беседовал: Кавказ Омаров

www.yenicag.ru